<МЕТА> - Украина | Пресс - релизы
українська | русский
<META> - Украина
Интернет
Реестр
Новости
Пресс - релизы
Товары
Компании

Лента новостей
#

Медицина/Здоровье

Вопреки судьбе

В последнее время все более актуальной становится проблема рождения детей с врожденными пороками сердца. Как показывает статистика, на 1000 новорожденных приходится – 6-8- детей имеющих порок, 30% из них – критический. По мнениям экспертов заболевания пороками (сердце, легкие, нервная система) занимают 2-е место в общем списке заболеваний новорожденных. И 1-е место среди них занимают заболевания пороками сердца.

Истории реальной жизни
Рождение второго ребенка мы все время откладывали, но когда старшему исполнилось десять, поняли: дальше тянуть некуда. И в нашей жизни появился Максим. Врачи прогнозировали, что его день рождения совпадет с моим – 17 марта. Однако Максимка решил иначе – ему захотелось иметь свой собственный праздник, и ни с кем его не делить, даже с мамой. Итак, 12 марта это долгожданное событие наступило. Рожали вместе с мужем, в индивидуальном родзале.
Малыш родился с весом 2650 г, ростом 50 см.

Через два дня после родов мы уже были дома. На третий день у Максима начали желтеть кожные покровы и белки глаз. Я не придала значения этому факту, поскольку у старшего сына тоже было такое состояние, но через несколько дней прошло. В тот же день малыш отказывался от груди, я вынуждена была кормить его с ложечки. Потом Максим все таки снова взял грудь, но кушал подолгу, по 40-50 минут, все время засыпая. Мне приходилось постоянно будить малыша, чтобы он не остался голодным.
Прошло еще две недели, а желтизна у малыша не проходила. Мы поехали больницу и нас определили в стационар к заведующему патологии новорожденных. Максиму было 4 недели. В палате заведующий долго слушал грудную клетку и спинку малыша. Я начала подозревать что-то неладное. Сразу подумала о легких. Врач посмотрел на меня и сказал: «У вас проблемы с сердцем. У ребенка порок сердца. Сложный порок. Необходима операция». Когда малыша взвесили, оказалось, что за 4 недели он набрал только 130 грамм.

Начались бесконечные анализы, УЗИ сердца, внутренних органов и головы, рентген, контрольное кормление. Потом назогастральный зонд. Я была в таком подавленном состоянии, что даже не могла плакать. Я смотрела на своего малыша и не узнавала его с лейкопластырными усами, фиксирующими зонд.
А вечером посыпались звонки. Самые близкие люди начали звонить, чтобы поддержать меня в трудный час испытания. Но в тот вечер никто не мог говорить спокойно. Мы плакали. Слезы – это не всегда плохо. Когда внутри накопилось так много эмоций, лучше дать им волю вылиться со слезами. И тогда становится легче. Молоко я не потеряла, а со временем увеличила лактацию, чтобы малышу хватало – и он начал поправляться. Первые сутки мне было очень трудно. Каждый час надо было что-то давать малышу. Сначала молоко (и каждый раз контрольное кормление, а потом сцеживание остального молока и докармливание через зонд), а последующие два часа между кормлениями я давала малышу раствор глюкозы. И так круглые сутки.

Долго оставаться в больнице в Черновцах мы не собирались – мы рвались в Киев на консультацию, чтобы знать, насколько серьезно состояние нашего малыша. Он уже начал набирать вес, стал естественного цвета. После недели госпитализации в стационаре мы отправились в Киев. Нас сопровождал врач-реаниматолог.
В 6 утра мы подъехали к зданию больницы. Медсестра попросила меня положить ребенка на пеленальный столик, и сказала, что пока посмотрит его сама, а дежурного врача уже вызвали, и он скоро подойдет. Пришел врач, осмотрел Максима и попросил нас пока подождать, а они вызывают врача для диагностики. У меня были смешанные чувства: тревога не покидала меня, и я знала, что очень скоро услышу слова, жизненноважные для моего сына.
Через некоторое время пришел врач. Он попросил положить ребенка для УЗИ. Медсестры еще не было (рабочий день еще не начался), поэтому ему самому пришлось делать всю работу. Когда он закончил, я с ужасом ждала его приговора. В Черновцах нам поставили диагноз: двойное отхождение магистральных сосудов, открытое овальное окно и большой дефект межжелудочковой перегородки. Доктор начал объяснять нам о дырочке между желудочками – когда лучше ее закрыть. Он рассказал, что необходимо провести операции в два этапа: сначала уменьшить нагрузку на легкие, так как он нашел высокую легочную гипертензию, а потом, когда ребенок окрепнет, месяцев в 6–9, сделать радикальную коррекцию. Более того, он сказал, что с аортой у сынишки все в порядке. Я почувствовала, как у меня гора с плеч свалилась.
Нам назначили лечение, и мы могли ехать домой на два месяца. Невозможно передать те чувства, которые овладели мной. Я знала, что Максим окрепнет за 2 месяца, мы будем за ним ухаживать, и все будет хорошо. Вот такой вызов судьбы пережил мой малыш.


Центр Детской Кардиологии
Автор:Куркевич Андрей Казимирович написать автору
тел.:8044 3456245

дата публикации: 01.09.2009 16:57


в список пресс-релизов
Загрузка...
Поиск:
добавить сайт | реклама на портале | контекстная реклама | контакты Copyright © 1998-2020 <META> Все права защищены